Июнь 1996, помню как вчера, иногда мне кажется, что это и было вчера. В ту ночь, когда он сделал мне предложение, я сидела на кровати в отеле «Парамаунт» в Манхэттене, фешенебельном нью-йоркском отеле, где вам всегда нальют, когда это необходимо или к месту. Я говорила по телефону, как всегда, с журналом «Vogue» на коленях, — умная, но запутавшаяся женщина из Нью-Йорка, - в тот момент, когда его слова нарушили тишину.«Ты выйдешь за меня замуж?» — спросил Вудроу. «Да», — ответила я без колебаний. Были размышления.

Пятичасовые телефонные разговоры. Явная необходимость позвонить ему во время семейной свадьбы и сказать: «Ты не поверишь, но в Скотсдейле есть богачи, которые не любят евреев». Случайные совпадения, в которые мы не стали вникать. Смущение, которое я испытывала, читая его письма. Мы так долго не могли встретиться. Целых десять дней я смотрела на свои часы, напевая и отбивая ногой ритм. Было два мистера «Не он» друг за другом в быстрой последовательности.

Я уже сдалась. Перед тем как встретиться, мы переписывались. На одном из чатов в Интернете. Я знала, что это именно он, но не хотела с ним встречаться, потому что он не оправдал бы моих ожиданий. Мы бы посмотрели друг на друга и сказали: «А ты кто?» Вся наша переписка, все эти разговоры... И мы просто посмотрели бы друг на друга и сказали: «Хе-хе, мне надо идти. Может, пообедаем вместе когда-нибудь, напри мер никогда».

Но в конце концов я согласилась встретиться с ним в книжном магазине в Лонг Бич. Я въехала на стоянку и увидела его. Один взгляд — и я буквально кончила на месте. Проходили часы, мучительные часы, он проливал на меня две кварты ледяного кофе, а я знала, что он хотел схватить меня за волосы. И завалить. Вечер ух….К концу вечера мы договаривали друг за друга предложения. К концу недели мы уже были в поезде, проносились мимо станций на скорости сто миль в час. Пассажиры, которые, подбоченясь, ждали поезда на платформе, кричали: «Подождите! Стойте!

Вы что, с ума сошли?» В Нью-Йорке поезд прибавил скорость. Я без колебаний ответила ему: «Да».С. сказала: «Я не хочу, чтобы у тебя был парень. Я хочу, чтобы ты в любой момент могла быть в моем распоряжении».Л. сказала: «О, пожалуйста, ты такая смешная. Ты же не знаешь, что делаешь».

Б. сказала: «Я так тебе завидую! Неужели я единственная останусь одна?»К. сказала: «Твою мать, твою мать, твою мать!»Я смотрела, как они шевелили губами, когда я проносилась мимо них. Я прилетела домой в Лос-Анджелес. Он ждал меня в аэропорту с дюжиной красных роз и синей коробочкой от Тиффани. Он подвел меня к стулу. Я спотыкалась и смотрела себе под ноги. Я открыла коробочку и увидела обручальное кольцо. Он встал на колени.

«Ты выйдешь за меня замуж?» — снова спросил он.«Да», — ответила я, и он одел кольцо мне на палец. Позже он сказал: «Я хочу, чтобы мы поженились как можно скорее».«Подожди хотя бы шесть месяцев», — сказала мой психолог. «Хорошо», — согласилась я. «Нет, подожди хотя бы год», — попросил мой сын. «Хорошо», — ответила я. Несколькими днями позже в два часа дня мыс любовью всей моей жизни сели в машину, взяв с собой термос с кофе, батон хлеба и маленькую собачку и направились на восток по 15-й трассе в сторону Лас-Вегаса. Сэлли сидела у меня на коленях, 9,8-фунтовое средоточие собачьей любви.

Машину вел мой будущий муж. Мы проехали бесконечные окрестности Лос-Анджелеса и добрались до странного каменного Мойаве. Мы ехали всю ночь, не обращая внимания на звезды, и в темноте я искала светящиеся глаза койота. Что подумает мой сын? Что я скажу своему психологу? У меня внутри все сжалось. Я попросила своего суженого остановиться у заброшенной автозаправки, вышла из машины и испражнилась на плоский камень. Поднялось облако пара и пыли. В нескольких ярдах от нас дремала большая черная собака, но с ней я здороваться не стала.