И это счастливый час американского клуба-питомника! АКП оплот политики и мелкой конкуренции. АКП, который мог бы остановить жестокие собачьи бои, но нифига не делает, потому что ему так нравится регистрационная плата. Я прошла чау-чау, готовящегося к выходу на сцену. «Вы задеваете его мех своим шарфом!» — закричал его хозяин. Я вышла покурить с разводчицей бернисов.

«Конечно, все решено заранее, — сказала она. — У судей есть любимчики. Я хочу сказать, что все знают: выиграет Кламбер. Откуда им знать, если это не решено заранее?»Я видела, как папиллон выиграл среди маленьких собак. Его хозяева и тренер были счастливы до потери сознания. Они запихнули собаку в крошечную клетку и пошли выпить.

Я нагнулась, чтобы поздороваться с маленьким цветным песиком. Он дрожал. Я слышала много жалоб по поводу того, что в шоу все было заранее решено. Думаю, они имели в виду, что все зависит от того, кто тебя знает, кто воспитывает твою собаку и сколько денег ты потратил на предвыборную кампанию для своего любимого создания. В конце концов я увидела колли. Эта невероятная порода — гордость собачьего рода, собака, которая никогда не станет домашним животным, потому что если она не работает и не бегает целый день, то она целиком сожрет вашу входную дверь.

Колли гипнотизируют овец своим «взглядом», таким напряженным и властным, что он пугает пум до полусмерти. Любители колли пытались предотвратить использование этой породы в АКП, они не хотели, чтобы собаки были погублены и их темперамент и здоровье были принесены в жертву жестоким «стандартам» АКП. Три колли, заключенные в маленькие клетки уже в течение нескольких часов, были вялыми и равнодушными. Их знаменитые глаза были мертвыми, они выражали скуку и депрессию. Это было жестокое, отвратительное зрелище. Я пошла домой, и меня посещали фантазии о том, как колли собирают всех своих собратьев, устраивают засады, загоняют всех людей в крошечные клетки и заставляют их писать на опилки, а также маршировать кругами, а сами в это время изучают их гениталии. Мне снились страшные сны, и я решила не идти на второй день собачьих мучений.

Но я все же пошла. Кламбер выиграл главный приз. Вот и думайте. Пожалуйста, возьмите мои коллекцииЗаходите в мой уютный дом. Просто отпихните в сторону эти коробки. Их мне привозят каждый день из магазина. Осторожнее с коробкой с надписью «хрупко». Это, наверное, редкая подставка для книг в форме собаки от McCoy, за которую я выложила сумасшедшую сумму.

Спорим, она мне даже не нравится. Тем не менее у меня должен быть каждый керамический экземпляр собаки от McCoy, который только существует. Ну нет, глупые, мне не нужна каждая живая собака. Их кажется слишком много, когда вы открываете дверь, а за ней их всего шесть. Посмотрите, как вы им нравитесь! Ой, извините, я должна не забыть постричь им ногти.

Вы уверены, что с вами все в порядке? Ну да, конечно, у меня действительно полно керамики. Видите ту большую желтую вазу с цветочным орнаментом? Это Руквуд. Я купила ее на аукционе всего за 60 долларов. Она мне до смерти надоела.

Мне хотелось бы разбить ее об пол и прыгать на осколках. Я знаю, что это очень милая ваза, но керамика захватила мой дом. Однажды я приду домой и увижу, что керамика смотрит телевизор и курит сигареты. К тому же керамика требует такого ухода! С нее надо вытирать пыль, ее надо расставлять и ей нужны легкие, как пух, поцелуи. Помню, как все это начиналось. Кто-то принес мне розы. У меня не было вазы. Я пошла в Pier One, но все вазы там были дороже тридцати долларов и весьма страшные.

Я решила вместо них купить антикварную вазу. Вам нравится вселяющееся в вас чувство предвкушения роскоши, когда вы убеждаетесь, что должны купить какой-нибудь предмет декорации? Для меня это стало идеей фикс. Следующие пару недель я ходила на десятки садовых распродаж и в десятки магазинов антиквариата. Вскоре у меня было уже три вазы McCoy: зеленая ваза мате. В форме гиацинта. Простая жардиньерка.