У меня катастрофа. Две большие упаковки M&M'S, съеденные сегодня после четырех дня. И еще одна здесь, со мной, в постели, вместе с коробкой шоколадных пасхальных яиц Hershey's. Даже несмотря на то, что меня тошнит, я съем перед сном эту последнюю упаковку, может, и яйца тоже. Он в соседней комнате, злится на меня. Я сделала что-то ужасное, хотя не знаю что. Я постоянно делаю ужасные вещи. Я сделала ему действительно больно. Я нервничаю. Хочу сказать что-нибудь правильное. Он пьет вино. Но не я. Я ем. Кажетея, я чувствую себя лучше. Я замужем уже восемь полных месяцев. Сейчас март 1997.Мне не стоило их покупать.

Эти предметы в форме яиц: сахарная глазурь, затем шоколад, затем арахис внутри. Они таят во рту, а не в руках. Неделю назад я купила одну упаковку. Только одну. Небольшую. Потом я купила две. Знаете, он начинает орать. И употребляет слово «непростительно».

Плюс слова из Библии. Плюс сарказм. Я нервничаю. Я чувствую себя так, как я себя чувствовала и раньше, но не помню когда. Он в таком бешенстве! Как я могу убедить, что люблю его и нет причин злиться?

-Полночь. Я все доела. Он громко храпит на кушетке. Видение M&M's пляшет у меня перед глазами. Это ведь так легко: встать с кровати, одеться, найти ключи от машины, надеть туфли, отыскать кошелек, сесть в машину, поехать в магазин и купить маленькую упаковку. Да! Нет! Большую упаковку, а то вдруг маленькая упаковка окажется недостаточно большой.

Он не хочет, чтобы я ела сладости. Есть какая-то причина, но сейчас я не помню какая. Я лежу на кровати, парализованная нерешительностью. Я думаю, не позвонить ли мне подруге, так как я отважно живу без помощника в лице M&M's. Нет, я в этом не нуждаюсь! Я могу с этим справиться! Я могу прокрасться на кухню и проглотить обезжиренные хлебные чипсы с обезжиренным плавленым сыром и фруктозой и чувствовать себя замечательно.

Но эта сахарная корка все еще стоит перед моим мысленным взором. Я нагрею горстку M&M's у себя в руке, затем медленно раскушу каждую из них, высосу таящий шоколад, покатаю языком осколки сахарной глазури и раскушу зубами орех. Это крайне нездоровая пища. Даже люди, ненавидящие мороженое, способные спокойно пройти мимо домашнего шоколадного торта на детском дне рождения или даже мимо крем-брюле, беспомощно колеблются и стонут из-за арахисовых M&M's. Чудо с оболочкой, шоколадной плацентой, богатым протеином арахисом. Форма жизни, форма рождения, форма клетки.«Съешь меня, не волнуйся из-за него! Съешь меня, я тебя успокою и вселю надежду. Я никогда тебя не предам, я всегда здесь, всегда одинаковый, ты можешь на меня рассчитывать, я тебя люблю».Я прислушиваюсь к зову M&M's, доносящемуся из магазина, летящему по темным улицам, пустым, если не считать носящихся туда-сюда кошек и остывающих машин.

Я глотаю очередную хлебную чипсину и т. д. В два часа ночи меня все еще преследуют эти мысли. Четыре ночи. Так может продолжаться до самого утра. Шесть утра. Я просыпаюсь. Он все еще храпит. Его губы багряного цвета в крапинку. Я надеваю плащ прямо на ночную рубашку, иду в магазин и покупаю там всего лишь две упаковки стандартного размера. В целом четыреста восемьдесят калорий.

Я обещаю себе, что завтра проведу много времени на беговой дорожке, что я не буду есть M&M's до своего дня рождения, а может и дальше. Хотя почему бы в любом случае не стать (более) толстой? Что такого в милой пышке, в женственной толстушке, почему нельзя быть абсолютно непривлекательной, черт побери? Отказаться от жизни с мужчинами и жить только с собаками. Кажется, я слегка подавлена.