Реакция последовала, когда я сидела за компьютером. Неожиданно экран стал ярким, а все остальное в комнате стало выглядеть гораздо темнее. Я в замешательстве потрясла головой. Потом потрясла еще раз. Все равно все окружающее выглядело странно. Я подумала, не началась ли у меня опухоль мозга. В зависимости от того, куда я смотрела, все было либо ярким, либо тусклым. Никакой модуляции, высокий контраст, очень странно.

Потом пришли парни, чтобы посмотреть футбол. Заставили меня пить пиво и есть эти ужасные кукурузные чипсы. Пиво мне быстро наскучило, но игра в футбол была интересной от начала до конца. У меня внутри все перевернулось, когда удалили защитника. Моего защитника. Он был моим чуваком, частью моей команды, и вам с ним лучше не шутить.

А когда команда выиграла, я просто не могла себя узнать. Обычно, когда по телевизору показывают проигравшую команду, я переживаю за них. Я хочу, чтобы они чувствовали себя лучше. Но не на этот раз. Теперь я хотела, чтобы они были уничтожены. Мы пошли в какой-то ночной клуб, чтобы проверить, не захочу ли я неожиданно подцепить себе девок. Я не захотела. Все мое возрастающее желание было направлено на мужчин.

В баре я была просто великолепна. Все, что я говорила, было умным, смешным, важным и убедительным. Я могла рассказать кучу захватывающих историй, и я знала, что всем было интересно, что мой взгляд на мир был намного интереснее, чем чей-либо еще. В глубине души я сомневалась: может, это все из-за тестостерона? Но этого не могло быть. Я действительно была слишком умной. По дороге домой я желала немедленной смерти каждому, кто меня подрезал. Я ликовала от силы своего грузовика.

Я была больше и быстрее всех. Я приехала домой и позвонила своему сыну.«Называй меня папой», — сказала я.«Скукота», — сказал он.