По наблюдениям родителей девятилетняя Иринка честолюбивее других. Часто затевает игры с малышами, в которых она либо учительница, либо врач. Учит и ведет прием «больных» строго. А однажды отвела себе роль парикмахера. И изумленная мама вдруг увидела всех детей остриженными: Ирина работала большими швейными ножницами. Нина Григорьевна пожурила ее, но не наказала.

Ведь девочка сделала это из лучших побуждений: хотела видеть всех красивыми. Естественно, дети не могут быть идеальными. В этой семье наказывают одиночеством. «Сиди один в комнате и не выходи, пока не извинишься».

И это оказывается самым тяжелым испытанием. Не все дети способны извиниться. Тогда приходят братья и сестры — «ходатаи за пострадавшего» — и просят родителей простить виновного и разрешить ему принять участие в общих играх. Чувство локтя здесь развито необычайно, хотя неизбежны и ссоры, и даже драки, как обычно среди детей.

Но разрешают эти споры они самостоятельно, не прибегая к помощи родителей. И если сами не в состоянии разрешить конфликт, обращаются за помощью к «третейскому судье» — кому-нибудь из старших братьев или сестер. «Справедливости ради следует сказать: не мы их этому учили, — замечает Сычева. — Как-то так само но себе сложилось.

Может, потому, что нам некогда разбирать конфликты, которые возникают среди десятерых детей. Разумеется, происходит это не из-за того, что мы неавторитетны в семье. Просто, очевидно, они ценят наше время, как научились ценить свое». Праздных в семье не увидишь. Если приготовлены все домашние задания (а родители успевают их просмотреть) и нет обязанностей по дому, начинаются веселые игры. Здесь достаточно игрушек, «конструкторов».